НОВОСТИ

ДРУГИЕ НОВОСТИ

РЕКОМЕНДУЕМ




ПОПУЛЯРНЫЕ НОВОСТИ


АВТОРИЗАЦИЯ

КАЛЕНДАРЬ НОВОСТЕЙ

«    Август 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 

НАШ АРХИВ

Январь 2018 (1)
Август 2017 (1)
Июль 2017 (1)
Июнь 2017 (1)
Апрель 2017 (3)
Январь 2017 (2)


Малая земля

Вокруг меня горы, на деревьях растут мандарины и апельсины, деревушки живописно разбросаны на склонах. Не так уж и далеко между двумя скалами виднеется море. «А теперь самое главное — тут колибри! Представляешь? — я держу в руках телефон и вещаю в Москву жене. — Да! Угадала! Присмотрел. На самой вершине. Что? Алло! Алло!» Москва бросила трубку.

Я в Абхазии. В армянском селе — это значит, что вокруг все более-менее прилично. Армяне поддерживают хоть какой-то порядок. Но в целом — глушь страшная. Разбитые дороги. Старинные, часто покосившиеся дома. Заброшенные фруктовые сады. И сплошь местные жители. Никаких городских. Именно так, как я люблю!

И действительно — на самой вершине горы, где расположено село, стоит дом. Домик. Два этажа. Первый нежилой — сарайчик. На второй — лестница, и там пара комнат общей площадью метров 60, не больше. В доме явно никто не жил последние лет 20. Каждая дощечка, каждый гвоздь помнит тут не просто довоенную советскую Абхазию, но и ту Абхазию — часть огромной империи. Вокруг дома огромный участок — около гектара. Те самые заброшенные мандарины, апельсины и колибри. Этот дом и этот кусок горы я хочу купить. И именно поэтому Москва и бросила трубку. Москва не хочет, чтобы я покупал этот дом и этот кусок горы.

Я испытываю сразу два радикально противоположных чувства. Я всё еще счастлив от ощущения того, что могу стать частью этой красоты (ну хотя бы на пару недель в год), этого такого не похожего на мой армянско-абхазского образа жизни. И одновременно готов рыдать от понимания того, что в целом-то Москва была права, когда бросила трубку. И на этот раз авторитарный разум одерживает победу. Я разрываю так и не начавшиеся абхазские отношения.

У меня есть страсть. Если говорить о страстях материального характера - главная в жизни. Я люблю дома — старые, лучше старинные. Дома заброшенные, расположенные в глуши. И чем более глухая эта глушь — тем я больше люблю. Чтоб эти дома и места несли в себе отпечаток какой-то совсем иной жизни, что была и прошла, или той, что продолжается — но в каком-то другом измерении, по другим правилам. Мне нравится через эти дома родниться с чем-то далёким и привлекательным хотя бы в этой непохожести. Скажем, в этом армянском домике на абхазской вершине многие столетия подряд выращивали мандарины. И сейчас выращивают. И колибри летали — и тогда, и сейчас. И я хочу породниться с ними.

Но разумом я понимаю — Москва права. Сколько можно родниться? На всех новых родственников не хватит ни сил, ни времени. У меня уже есть нежно любимые мама и папа в Ярославской области. Они мне особенно близки: всего-то 150 километров — и я у них. Строгий сухой дядя на острове на Онежском озере. Мы с ним нечасто видимся — нас разделяет больше 1000 километров. Толстая и добродушная тётка под Тотьмой, в 250 километрах на восток от Вологды. Это примерно в 750 километрах от меня. Любимые племянники под Суздалем. С ними удаётся довольно часто видеться. Тем более что у них полно места для всех — на 10 гектарах растут сосны, дикая клубника, а по соседству имение Сурова.

Но глушь, ветхость дома, его архитектурные достоинства — всего этого недостаточно для того, чтобы я ощутил немедленную потребность построить родственную связь здесь и сейчас. Нужно нечто исключительно эмоциональное. Вот я первый раз взбираюсь по резко уходящей вверх горной абхазской дороге и подхожу к старенькому маленькому домику. Или выхожу из машины, впервые приехав на холм, среди сосенок и дикой клубники, и с видами на купола Суздаля. Или прошлым летом, оказавшись между Вологдой и Вяткой, иду от тотемского огромного северного русского дома 1898 года постройки к речке, где до сих пор полно раков и какое-то невероятное для европейской части России быстрое течение.

Малая земля


В этот момент у меня захватывает дух. Коленки трясутся. Ноги подкашиваются. На лбу холодный пот. Я понимаю: «Это моё. Я должен это купить. Породниться с этим местом».

Недавно и вовсе со мной случилось чудо. Нашёлся не новый, а давно потерянный и очень близкий родственник, родная душа, в городе Меджибож на Западной Украине через сайт odnoklassniki.ru. После долгих поисков я обнаружил дом, о котором слышал только в детстве в семейных легендах. Дом моего прадеда конца XIX века. Он стоит как раз напротив замка XVI столетия — тут жили князья Чарторыйские, тут Великое княжество Литовское билось с турками, тут русские имперские войска подавляли два польских восстания.

Это был уже не эмоциональный взрыв, а целая бомбардировка. Катарсис.

И остановиться я уже не могу. Прости, Москва.

Я купил билеты в Абхазию.
Опубликовано в категории: Общество Республики Таджикистан

9-06-2012, 01:49