НОВОСТИ

ДРУГИЕ НОВОСТИ

РЕКОМЕНДУЕМ




ПОПУЛЯРНЫЕ НОВОСТИ


АВТОРИЗАЦИЯ

КАЛЕНДАРЬ НОВОСТЕЙ

«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930 

НАШ АРХИВ

Январь 2018 (1)
Август 2017 (1)
Июль 2017 (1)
Июнь 2017 (1)
Апрель 2017 (3)
Январь 2017 (2)


Выжатый “сок”

Декабрь 2005 года В ТОЛЬЯТТИ выдался теплым, 22-го южный ветер нагнал густые, низкие облака. В этот серый день несколько десятков омоновцев захватили АвтоВАЗ — на каждом из 24 этажей высотки заводоуправления было по бойцу, на всех проходных рабочих обыскивали металлоискателями. Накануне ночью в Самаре и Тольятти были задержаны руководители местных силовых ведомств.

Декабрьское вооруженное собрание акционеров, как назвали его сотрудники завода, стало поворотной точкой в истории АвтоВАЗа. Фактически контролировавшую завод группу «СОК» Юрия Качмазова оттеснили менеджеры путинского призыва из «Ростехнологий».

Выжатый “сок”


Качмазов — владелец региональной бизнес-империи с выручкой $2 млрд, участник «Золотой сотни» Forbes — потерял все и бежал в Объединенные Арабские Эмираты. Он отказался от интервью для этой статьи, заметив при этом, что постарается никогда не возвращаться в Россию. Как бизнесмену сложной судьбы удалось подмять под себя флагманское предприятие советского и российского Автопрома?

РЫНОЧНЫЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ

В конце 1980-х под Самарой рядом с железнодорожной станцией Энергетик возник стихийный рынок. Продавали все: одежду, бытовую технику, запчасти к «жигулям», а также брали кредиты под залог квартиры. Тут же крутились мелкие местные бандиты. Качмазов, бывший студент самарского Политеха, отслуживший в десантных войсках, пришел сюда в поисках заработка. Поначалу он оказался в бригаде наперсточников: катая шарик, предлагал зевакам угадать, под каким из трех стаканов тот находится.

На «Энергетике», как рассказали Forbes несколько очевидцев тех событий, Качмазов сколотил костяк будущей группы «СОК».

В начале 1990-х баснословную прибыль приносила перепродажа новых автомобилей. Неудивительно, что Качмазов и его бригада быстро переориентировались на этот нехитрый бизнес. «Продавая в день 10 автомобилей, ты мог заработать еще на три», — вспоминает руководитель холдинга RBE Андрей Шокин, который торговал в то время с Качмазовым на соседних площадках в Самаре, на улице Антонова-Овсеенко. «На первых порах Качмазов был скромным автодилером, таких было около 500. Приезжал в Тольятти, забирал партию машин и вез в Самару продавать», — вспоминает тольяттинский предприниматель. Тогда о дилерских центрах никто и не думал. Площадка с машинами была огорожена проволочным забором. Деньги считали в деревянных будках сторожей. Впрочем, довольно быстро Качмазов накопил капитал, чтобы открыть свой первый автосалон, и не где-нибудь, а на Самарском ипподроме в центре города. В середине 1990-х бега здесь уже не проводили, ипподром стал одним из стихийных рынков, где можно было купить и автомобили. Офис Качмазова располагался в небольшой комнате в административном здании, а машины продавались с круга, где когда-то бегали лошади. Бетонная арка в форме лошадиной подковы, символ ипподрома, стала частью логотипа созданной в 1994 году компании «СОК» — на счастье. Это был первый серьезный успех.

Примерно тогда же Качмазов познакомился с Анваром Абдураза-ковым, которого «Самарское обозрение» именует «авторитетным предпринимателем». Анвар свел его с одним из тольяттинских королей преступного мира Владимиром Вдовиным по кличке Напарник. Сейчас никто толком и не помнит, как появилось название «СОК» и что оно означает, то ли «Самарский объединенный капитал» (общак группировки Качмазова и Напарника), то ли «Спорт, Образование, Культура» — именно такая расшифровка нравилась самому Качмазову.

История криминальных войн за контроль над сбытом АвтоВАЗа изобилует поворотами; много было и убийств, жертвами которых становились бандиты, силовики, сотрудники завода и журналисты. «В бандитских разборках и войнах за завод в Тольятти погибло более 500 человек. Подтверждение тому — целая аллея на местном кладбище», — рассказывает гендиректор «Ростехнологий» Сергей Чемезов. (Он передал свои комментарии для этой статьи через пресс-секретаря.) Если вкратце, то после 1992 года контроль над половиной отгружаемых с завода автомобилей отошел, по сведениям журналистов «Коммерсантъ — Среднее Поволжье», волговской преступной группировке. Когда в конце 1992 года ее главаря Александра Маслова убили, группировка распалась. Одним осколком руководил Дмитрий Рузляев (кличка Дима Большой), а вторым — Вдовин, знакомый Качмазова.

Машину Рузляева в 1998 году изрешетили пулями из автоматов, а в 2003 году оставшихся в живых членов банды судили. В итоге группировка Вдовина стала контролировать большую часть отгрузки
машин с завода. Но этому предшествовала целая череда событий с участием Качмазова и его команды.

СОГЛАСНО УСТАНОВЛЕННЫМ КВОТАМ

Появление криминальных группировок на АвтоВАЗе, возможно, спровоцировало само руководство завода. К началу 1990-х разрушилась советская система продажи автомобилей через спецавтоцентры, которые не смогли работать с заводом на условиях предоплаты. В 1991 году завод собрал 678 000 «жигулей». Кому продавать машины? Расплачиваться наличными без проволочек были готовы только криминальные группировки. И новая система сбыта была создана, что называется, с ходу.

Все выпускаемые машины распределялись между заместителями генерального директора АвтоВАЗа, рассказывает Юрий Целиков, работавший в середине 1990-х директором тольяттинского автоцентра, принадлежавшего напрямую заводу. «Замов было одиннадцать, и у каждого из них — своя квота на реализацию автомобилей», — вспоминает Целиков. Ton-менеджеры завода передавали «свои» автомобили руководителям созданных вокруг завода компаний, которые в большинстве контролировались криминальными группировками. На лобовое стекло автомобиля, только что сошедшего с конвейера, наклеивали букву, например «Н» или «Ш». Она означала, чьей группировке — Напарника (Владимира Вдовина) или, например, Шамиля (по данным самарских СМИ, Шамиль Даниулов — главарь татарской преступной группировки) отгружаются на реализацию машины. Площадка автозавода была поделена на «клетки», на каждой из них стояли машины, закрепленные за группировками и их фирмами.

Представители фирм собирали заявки от перекупщиков и отгружали им машины. За каждый автомобиль брали сверху $50, вспоминает один из тогдашних перекупщиков. Бандиты выполняли функцию дилерских центров и службы маркетинга. Они могли заказать руководству завода партию машин определенного цвета и улучшенной комплектации.

«Заказывали модный тогда цвет «мокрый асфальт», — вспоминает Владимир Каданников, бывший гендиректор АвтоВАЗа, а сейчас председатель совета директоров тольяттинского Национального торгового банка. (Этот банк в 2011 году купил национализированный в кризис 2008 года банк «Глобэкс». И Каданников, продавший свой 70%-ный пакет, занимает теперь просторный, обставленный массивной мебелью кабинет на четвертом этаже центрального офиса «Глобэкса».)

Постепенно отношения с руководством АвтоВАЗа стал налаживать и Качмазов. «Его человек, Рустем Ши-янов, ставший впоследствии вице-президентом «СОКа», терся около Владимира Нестерова, заместителя Каданникова по безопасности, а Юрий Амелин общался с отделом сбыта», — рассказывает один из свидетелей тех событий. Каданников называет Качмазова толковым, волевым бизнесменом, но о сути происходившего на заводе говорить не хочет.

Число бандитских группировок вокруг завода доходило до двух десятков. Перестрелки случались прямо у проходных. Так долго продолжаться не могло. Каданников написал более 200 писем в Генпрокуратуру и МВД с просьбой защитить предприятие, но помощи не дождался. Поэтому в появлении одной мощной силы были заинтересованы все: руководство завода, Качмазов и силовики.

Алексей Савкин
Forbes
Опубликовано в категории: Экономика Республики Таджикистан

6-06-2012, 23:00